Молитва и инфляция. Как христиане справляются с трудностями.

Гурболиков Владимир, первый зам. главного редактора журнала «Фома» и председатель фонда «Фома Центр»

Не время для разговоров о высоком. Делом надо заниматься, делом! Как часто в трудные моменты жизни ты слышишь эти слова. Да и сам начинаешь их твердить себе как молитву или… вместо молитвы. Есть материальная проблема — ищи ей рациональное решение. Растут цены — найди работу получше, проблемы в семье — спрячься от них в той же самой работе, болеешь — достань хоть из-под земли нужного врача и нужную таблетку, которая вылечит любую болячку. Не получается? Ну, значит, слабак и неудачник.

Есть, конечно, и другая крайность, когда человек начинает искать исключительно мистический путь решения задачи. Иногда до такой степени, что впору усомниться в его психическом здоровье. Сколько людей в результате отчаянной надежды на чудо попадали в сети сектантов, отдали невероятные деньги за то, чтобы по одному слову какого-то проходимца все камни из мочевого пузыря вышли, а опухоль рассосалась? В результате — разрушенное здоровье, семья, жизнь, а ты снова — слабак и неудачник.

Так что же делать, когда рационального способа выйти из кризисной ситуации ты не видишь, а надежды на чудо очень мало? Молиться — отвечают христиане. Но разве это не повторение логики тех же сектантов, когда ты ждешь мистической помощи? Разве это не попытка избавить себя от ответственности за происходящее, сложить руки, отказаться от продолжения «реальной борьбы»? Можно было бы долго рассуждать, чем молитва отличается от «заказа Богу» на чудо и почему ее не могут заменить иногда никакие «логичные и активные» действия. Но я лучше вспомню историю, которая случилась лично со мной.

В самом начале 2000-х годов у меня обнаружили агрессивную форму рака. Я прошел курс химиотерапии и, как и любой человек, надеялся, что после этого станет лучше. Но не помогло: анализы оказались очень плохими. Лечащий врач сказал, что в моем случае необходима большая операция, которая точно приведет к инвалидности. Он дал мне немного времени на подготовку и сказал, чтобы я, повторно сдав анализы, приходил определить срок, когда ложиться в больницу и оперироваться.

До этого момента я чувствовал себя достаточно собранным и готовым ко всему, включая сценарии, которые принято считать роковыми. Но теперь я заглянул в себя и понял, что внутренне мне очень тяжело. Естественно, я приму все, что будет, и если необходима операция, я пойду — но моральных сил у меня очень мало.

И тут я вспомнил о неоднократных призывах знакомого священника пойти в храм на соборование. Соборование — это церковное таинство, основанное на словах из Евангелия: Болен ли кто из вас, пусть призовет пресвитеров Церкви, и пусть помолятся над ним, помазав его елеем во имя Господне. И молитва веры исцелит болящего, и восставит его Господь; и если он соделал грехи, простятся ему (Иак 5:14–15).

И я пошел. Помню, как поразило меня это таинство: во время него читались семь потрясающих отрывков из Нового Завета, которые сами по себе врезаются в сердце и заставляют концентрироваться на мыслях о самом важном, что есть в жизни.

Я соборовался, через день сдал анализы и принес результаты лечащему врачу. Единственное, что спросил врач, — какие лекарства я принимал. Я сказал, что только ходил в церковь на соборование, больше ничего. Тогда он серьезно посмотрел на меня и сказал: «Наверное, это действительно то, что требуется делать». Оказывается, он держал в руках анализы абсолютно здорового человека. Мы не говорили каких-то высоких слов о чуде, но было ясно, что произошло нечто совершенно необыкновенное, на что рассчитывать было нельзя. Как и на то, что болезнь на столько лет оставит меня в покое.

Понятно, что читатель-скептик может сказать: это могло произойти вследствие каких-то вполне объективных медицинских факторов, благодаря химиотерапии и так далее. В этом и аксиома Православия: чудо дается лично тебе или, может быть, кому-то еще, но не всем — и всегда оставляет другому человеку возможность усомниться. Но для моей жизни это было несомненным чудом.

Хочу подчеркнуть: когда я ходил на соборование, я не просил для себя непременного избавления от операции или исцеления. Я шел к Нему с другим: чтобы Он помог мне укрепиться и пережить грядущие события. А Он дал мне с избытком. Поэтому людям, которые пытаются молиться, важно понимать, что молитва не автомат по исполнению желаний, а разговор человека с Богом. В котором человек должен Богу доверять и ни в коем случае не рассчитывать, что Господь даст ему именно то и так, как хочет молящийся. Неслучайно многие молитвы, вопреки тому, что в них сказано, оканчиваются словами, которые произносил и Сам Христос: впрочем не Моя воля, но Твоя да будет (Лк 22:42). В противном случае человек может возроптать на Бога за то, что вместо одного Он дал ему другое, может не понять, зачем это ему, да и просто оказаться капризным ребенком, который воспринимает Бога не как своего родителя, а как работника из сферы услуг.

http://foma.ru/molitva-i-inflyatsiya.html